В этом году я собиралась рассказать вам про «Бесконечность».
Вот уже который год я мечтаю снова выпустить своё шардоне «Бесконечность». Первый урожай этого вина ещё в далёком 2023 году собрал овации и профессиональной, и любительской публики.
И с тех пор я пыталась его повторить. И урожай 2025-го наконец-то словно сказал: «Ну что, Кира, кажется, пора». Совпало всё. Новые бочки из французского дуба, которые были заказаны для бесконечности, первый урожай шардоне, который нам удалось практически наполовину отбить у скосаря. Четкий и своевременный сбор. В общем, звёзды сошлись.
Бочки спокойно бродили, а я, как обычно, каждый день ходила их дегустировать. И вдруг поймала себя на странной мысли: что-то не так. Вино всё ещё оставалось полусладким. На следующий день — та же история. Ладно, думаю, показалось. Измеряю плотность — не падает. И так несколько дней.
Сдаю анализы в лабораторию, замеряем сахар и алкоголь. Через три дня снова делаем анализы. Ничего. Брожение остановилось.
Звоню технологу лаборатории — очень опытной женщине, которая, кажется, за свою жизнь видела уже всё. Она спокойно выслушивает меня и вдруг спрашивает:
— Кира, а у вас бочки случайно не на сквозняке стоят?
Честно говоря, в этот момент я подумала, что это самый странный вопрос, который мне когда-либо задавали о виноделии. Сквозняк? Бочки? Причём здесь вообще сквозняк? Я ненароком подумала- вот он, винодельческий маразм…
Но на следующий день всё-таки решила проверить. И знаете что? Две бочки шардоне действительно стояли прямо напротив кондиционера. На самом настоящем сквозняке. Получается, мои дрожжи оказались существами тонкой душевной организации. Работать на холодном ветру они категорически отказались.
Дальше начались переговоры. Мы уговаривали их вернуться к работе, кормили, грели, переселяли, практически читали мотивационные лекции. Но дрожжи стояли на своём. Видимо, уже вступили в профсоюз.
В итоге стало понятно: природа приняла решение без моего участия. Получилось природное полусладкое.
И вот тут случилось самое интересное. Должна признаться, раньше, когда на дегустациях меня спрашивали: «А у вас есть что-нибудь сладенькое?», — внутри меня неизменно просыпался винный сноб. Я, конечно, вежливо улыбалась, но где-то глубоко внутри закатывала глаза и мысленно начинала читать лекцию о том, что человечество уже придумало сухие вина, и это было одно из лучших его решений.
И вот жизнь, как обычно, решила меня слегка перевоспитать. Сидит теперь этот самый винный сноб тихо в уголке, потому что полусладенькое я сделала сама. Причём совершенно добровольно.
Оставалось понять, как его назвать. Новых SKU я вводить совершенно не собиралась. Но, как обычно, последнее слово осталось не за мной.
Несколько дней в голове крутилось французское слово doux (дуу) — «сладкий». И вдруг совершенно неожиданно появилась она.
Лебёдушка.
Мне очень нравится, что это имя получилось каким-то живым. Будто оно само приплыло, расправило крылья и осталось.
Теперь в бокале вас встречают белый персик сорта «Белый лебедь», мягкие оттенки ванили, спелый инжир, лёгкий намёк на миндальную косточку и та самая природная сладость, которую я, если честно, совершенно не планировала.